Residence, март 2007 // Романтика под властью топора

Большой любитель охоты и русской бани тишайший Алексей Михайлович отгрохал в Коломенском поистине царскую резиденцию. Город-дворец венчали тридцатиметровые башни, его невозможно было окинуть одним взглядом, в постройке нашли воплощение все мыслимые архитектурные формы. Особенно поражал современников тот факт, что дворец был полностью деревянным. Венценосный сын Алексея Михайловича предпочел окно в Европу прорубать в камне, внучка Елизавета и вовсе снесла дедово творенье в Коломенском — за ветхостью. Только к началу XX века интерес к русским традициям и старине создал предпосылки для древесного ренессанса. Но последовала революция. Индустриализация создавалась в бараках, чуждых архитектурным изыскам, а увековечивала себя в граните.

Сегодня деревянное зодчество вновь на пике популярности. Как и любое модное явление, оно имеет множество почитателей и определенное количество людей, настроенных скептически. Первые готовы почти с религиозным пылом доказывать, что загородная жизнь в чем-либо, кроме комфортабельной избы, и не жизнь вовсе. Вторые — по учебнику средних веков — поведают про историческое превосходство кирпича. Одни будут апеллировать к сказочному теремку, другие помянут избушку на курьих ножках, а то и вовсе трех поросят.

Задумываясь о строительстве дома из дерева, не следует всерьез вспоминать традиции. Во-первых, классические русские хоромы — в силу климата, при дефиците стекла, из-за особенностей жизненного уклада — были не слишком комфортны. В них отсутствовали двусветные залы, царили полумрак и копоть, планировка определялась естественной длиной бревен. Внешнее убранство зажиточной избы способно придать современной постройке дополнительный колорит, но не более того.Обращаясь к истории, полезней вспомнить усадьбы рубежа XVIII—XIX веков: все они тяготели к европейскому стилю, хотя очень многие воплощались в дереве.

Причин тому достаточно много. Древесина проста в обработке. Мастера топорного дела могут воплотить в ней практически любой замысел. Дерево обладает прекрасными теплоизоляционными свойствами: 15-сантиметровая стена соответствует кладке в два кирпича. При этом дом быстро прогревается, а на стенах не конденсируется влага. Благодаря легкости материала отсутствует необходимость в усиленных фундаментах, на которые приходится до 40% общих затрат. Классический сруб не требует специальной вентиляционной системы — естественный воздухообмен при закрытых дверях и окнах составляет в час треть от всего объема. Возможна существенная экономия на внутренней отделке, поскольку рисунок древесины гармоничен человеческой природе.

В то же время идеальных материалов не существует. Дерево горит, гниет, продолжает жить внутри стен: из-за подвижек бревен практически каждую весну двери и окна требуют регулировки. Древесина прекрасно резонирует в музыкальных инструментах, соответственно, не выдерживает критики в качестве звукоизоляционного материала. Современное российское законодательство содержит откровенно дискриминационные статьи, связанные с электрикой и газовым хозяйством в деревянном доме.

Очевидно, что развитие зодчества движется либо по пути максимального использования достоинств материала, либо по пути устранения естественных недостатков. В первом случае за основу берутся лучшие образцы прошлого, на основе которых мастера создают добротные бани и небольшие дома. Работа штучная, результат зависит от квалификации строителей и досконального соблюдения технологии.

Лес для классической избы готовится зимой, год просушивается в естественных условиях, потом столько же в срубе. Наилучшая древесина для строительства — лиственница; пригодна, хотя и менее долговечна, сосна. Торцы бревен обязательно обтесываются топором, дабы перекрыть поры, сквозь которые внутрь стен может проникнуть влага. Для кровли готовится осиновый лемех или дранка, сооружение возводится без металлических деталей — все крепления (кроме засовов и петель) деревянные. Для увеличения срока службы строение может быть покрыто снаружи тесом, никаких антисептических или противопожарных пропиток не предусмотрено. Подобные избы до сих пор строят в отдаленных регионах. Для Москвы классический сруб — дорогое и редкое удовольствие: на рынке крайне мало фирм, готовых качественно осуществить подобный проект, заготовка леса требует значительных временных затрат, недешево обходится дальняя доставка небольших объемов древесины.

Не случайно более популярен другой путь, при котором из дерева возводятся полноценные дома, сполна отвечающие современным нормам загородной жизни. В качестве исходного материала здесь берется клееный брус. Изготавливают его из нескольких брусков-ламелей, проклеенных между собой либо акриловым составом, либо радиочастотным методом. Чем меньше ламелей, тем долговечней и прочней брус. Современная качественная «клеенка» импортного производства состоит из трех-шести ламелей. Это — результат 30-летней производственной эволюции, в результате которой сполна выявились все достоинства и недостатки материала. Склейка не содержит вредных примесей формальдегида и не нарушает естественного газообмена древесины. Полученный брус имеет произвольную длину, может быть криволинейным, обладает прочностью, сопоставимой с прочностью металла. Габариты ограничены лишь размерами еврофуры (например, максимальная длина — 12 метров); изготовление более сложных и крупных брусьев возможно, но становится «золотым» в процессе перевозки. Показательно, что в той же Финляндии клееный брус находит широкое применение даже при строительстве автомобильных мостов на второстепенных дорогах. Клееный брус устойчив к внешним воздействиям: в отличие от обычной древесины он не рассыхается и не подвержен сезонным подвижкам. На заводе собираются комплекты, подогнанные по размерам, с прорезанными пазами. Иногда проводится оцилинд-ровка бруса — в этом случае материал называют клееным бревном.

Клееный брус — современный строительный материал. В нем могут быть реализованы любые пожелания заказчика и архитектурные изыски. Помещения большой плошади, криволинейные стены, плавные переходы уровней, каменный цоколь... Фасад может быть стилизован под добротную северную избу, хижину шале, виллу. Дерево либо сохраняет природный золотистый блеск, либо стилизуется под старину, либо окрашивается, либо облицовывается. Также и во внутреннем убранстве можно сохранить естественный стиль или провести подготовку под чистовую отделку в соответствии с пристрастиями хозяев. Более того, в доме из клееного бруса свободно размещается противопоказанный обычной древесине бассейн, а при желании может даже быть установлен лифт.

Пожалуй, главный психологический аргумент против деревянных домов — пожароопасность. Чего в ней больше — реальных опасений или «черного РЯ» — сказать однозначно нельзя. Дерево действительно горит, хотя и менее охотно, чем большинство синтетических изделий, составляющих основу современного интерьера. При горении древесина не выделяет ядовитых паров, то есть у хозяина сохраняется шанс победить огонь своими силами или хотя бы покинуть дом. От нагревшейся электропроводки и локальных возгораний стены можно защитить используя противопожарные пропитки, которые в своем большинстве безвредны для человека. Что до поджога, то после бутылки бензина полыхнет любой дом: только деревянный — снаружи, а кирпичный — изнутри... Впрочем, эксперимент в Японии наглядно показал, что соблюдение заводской технологии противопожарной обработки позволяет дереву конкурировать даже с негорючими материалами: через 45 минут воздействия на стену открытым пламенем клееный брус прогорел в глубину на шесть сантиметров, сохранив конструктивную и несущую способность.

Дерево, выросшее под лучами солнца, окрепшее на морозах, впитавшее земные соки и наполненное лесными ароматами, всегда сохранит свою притягательность для человека. Жизнь в деревянном доме на протяжении многих веков отвечала неуклонно растущим потребностям в комфорте. И сегодня дом, возведенный из спелого, просушенного леса, сложенный профессионалами, владеющими секретами работы с древесиной, способен радовать своих обитателей многие годы. Ведь, несмотря ни на что, истоки родословной у нас едины!